Гродненский
Автор: Новицкая Эвелина
Есть в белорусском языке удивительное слово – «вытокі». В нём слышится не просто «источник» или «начало», а что-то текучее, живое, идущее из самой глубины земли. Говорят, женщина – хранительница очага. Но мне кажется, белорусская женщина – это не просто хранительница. Она и есть те самые «вытокі», что рождают и корни, и крылья.
Когда думаешь об этом, перед глазами встаёт не абстрактный образ, а совершенно конкретный лик. Круглый купол Спасо-Преображенской церкви в Полоцке, фреска XII века. С неё на нас смотрит княжна Предслава, известная миру как Евфросинья Полоцкая. И в её взгляде – разгадка темы, предложенной конкурсом. В ней, в этой белоруске, и сила корней, и крылья мечты.
Что готовила ей судьба? Она могла стать частью большой политической игры, пешкой в династических браках, каких в истории было множество. Родиться в княжеской семье – значило принадлежать не себе, а роду, государству, долгу. Казалось бы, это и есть та самая «сила корней», которая держит крепко, не отпускает, диктует: «Ты должна, потому что ты княжна».
Но Евфросинья совершает поступок, который ломает стереотипы. Она выбирает не стабильность, не власть, не богатство. Она выбирает себя. Удаляется от мирской суеты не в безызвестность, а в Софийский собор, к книгам, к знаниям. В те времена женщина, ушедшая в монастырь, часто воспринималась как «потерянная» для общества. А она стала его сердцем. «Сила корней» дала ей мудрость не убежать из мира, а изменить его вокруг себя.
Это ли не выбор в пользу мечты? Только мечта её была не о заморском принце, а о том, чтобы Беларусь заговорила, чтобы у неё появился свой голос. Она создала мастерские, школы, переписывала книги сама и учила этому других. Она собирала по камешкам нашу культуру, когда её ещё никто не называл культурой. Это был труд, невидимый миру, но именно он, как соль, придавал вкус нашему существованию.
Кажется, что «крылья мечты» – это про что-то воздушное, легкое. Но крылья Евфросиньи были сделаны из свитка пергамента, тяжелого, как кирпич, и из молитвы, уносящей ввысь. И когда она заказала тот самый Крест, она вложила в него не только святость, но и идею родной земли. Крест стал не просто символом веры, а символом несокрушимости духа.
Сегодня, проходя по улицам наших городов, я вижу этих женщин. Они другие внешне, но в них течёт та же кровь, что и в этой полоцкой княжне.
Вот моя первая учительница, которая после уроков ведёт нас в краеведческий музей и рассказывает о курганах и валах так, будто сама там стояла с дружиной. Сила её корней – в языке, на котором она говорит, чистом, как родниковая вода. А крылья – в нас, её учениках, разлетевшихся по миру, но помнящих её уроки.
Вот женщина-врач в районной больнице. После ночного дежурства она возвращается на свою ферму не потому, что должна «успеть», а потому что без её хозяйства деревня осиротеет. Кто-то скажет: «просто труд», но для неё это продолжение древней традиции матери-земли – кормилицы. И там, и там она источник жизни. Крылья устали, но они несут её дальше – на их тяжелой от соли ткани сплелись воедино белорусский пот и белорусская забота.
Вот женщина-мать, которая провожает сына в армию, сжимая губы, чтобы не расплакаться при людях. В ней живёт дух тех матерей-защитниц, что ждали с войн и строили жизнь на пепелищах. Она не говорит громких слов о патриотизме, но именно она и есть тот самый корень, который держит дом, пока мужчины оберегают границы.
Современная белорусская женщина – это удивительный сплав. В ней есть хозяйственная жилка крестьянки, интеллектуальная глубина просветительницы и та самая тихая, но невероятная сила, которая позволила нашей культуре выжить, когда её пытались стереть.
Ее, как и Евфросинью, часто спрашивают: «Зачем тебе это? Сидела бы тихо, растила детей, вела хозяйство». Но «крылья мечты» потому и крылья, что они растут изнутри, из тех самых «вытокаў». Крылья не позволяют успокоиться на достигнутом. Им нужно лететь. Чтобы Крест, однажды созданный, сиял и через века. Чтобы Слово, написанное от руки в Полоцке, отзывалось в сердцах в Минске и Гродно, в Могилеве и Витебске, в Гомеле и Бресте.
Так кто же она, современная белорусская женщина? Она – мост. Одной ногой она твёрдо стоит на нашей древней, чуть подзолистой, но родной земле (сила корней), а другой – уже делает шаг в будущее, создавая, мастеря, воспитывая, исцеляя (крылья мечты). И на её крыльях всегда будет эта невидимая соль – соль материнских слёз, соль книжной мудрости и соль родной земли, которая держит нас всех на этой планете.
Аўтар: Сільвановіч Вікторыя
Тэма «сілы каранёў і крылаў мары» – гэта не проста гучныя і пустыя словы, кінутыя на вецер. Гэта дакладная формула, якая ўвасабляе ўнікальнасць і шматграннасць беларускай жанчыны. Беларуская жанчына адначасова здольна з’яўляцца надзейнай апорай і сілай грамадства, асновай ўдасканалення асобных прафесійных галін і для росквіту ўсёй краіны ў цэлым, стваральніцай новага і надзейным абаронцам шматвяковых традыцый, захавальніцай ачага і вернай памочніцай для блізкіх. Яна ўмее марыць маштабна: аб моцнай краіне, аб здаровых дзецях, аб квітнеючых гарадах і вёсках. І што самае важнае, умее ператвараць гэтыя мары ў рэальнасць сваёй штодзённай працай, цярпеннем і надзеяй.
Сіла, непахіснасць духу, вера, любоў, незалежнасць, імкненне да новых здзяйсненняў – тое, што з нараджэння закладзена ў нашых жанчынах. Іх запаленыя сэрцы, пранікнутыя ўзвышанымі пачуццямі, думкамі і імкненнямі не толькі індывідуальны сімвал кожнай з іх. Гэта ўвасабленне ўсёй нашай Беларусі. Краіны нашых продкаў і нашых дзяцей.
Мудрасць зямлі і цеплыня сямейнага ачага здаўна неаддзельныя адно ад аднаго. «Сіла каранёў» беларускай жанчыны пачынаецца там, дзе зямля сустракаецца з небам, дзе зямное ўтварае трывалую сувязь з нечым узвышаным, вечным: у яе доме, у яе сям’і, у яе памяці аб продках.
Спрадвеку адзначаецца сіла беларускіх жанчын-абаронцаў, якія змагаліся за Айчыну нароўні з мужчынамі на палях баёў ці ў адзіночку бралі на сябе ў ваенны час вялікі цяжар адказнасці за дом і дзяцей. Было б непавагай да подзвігу нашага народа не назваць імёны Веры Харужай, Марыі Осіпавай, Алены Мазанік, Зінаіды Тусналобавай-Марчанкі…
Усё так. Але не варта забываць, што і кожны мірны дзень нашай гісторыі быў адзначаны, здавалася б, незаўважнай, але важкай працай нашых маці-стваральніц, якія ўслаўляюць нашу краіну дагэтуль. Гэтая сіла ўзнікае з глыбокіх каранёў… Мова, культура, гісторыя, у тым ліку дзякуючы нашым жанчынам, паказалі дзіўную здольнасць выстаяць у самых суровых выпрабаваннях. І гаворка ідзе не толькі пра адзначаных на старонках мінулага, безумоўна, таленавітых і выдатных паэтэс, грамадскіх дзеячаў, асветніц, такіх як Ефрасіння Полацкая, Алаіза Пашкевіч, Францішка Уршуля Радзівіл, Канстанцыя Буйло ці Эмілія Плятэр. Гэта подзвіг усіх нашых бабуль і прабабуль, якім удалося перадаць нам, сучаснікам, культурную спадчыну, багацце, без якога не можа існаваць не адна нацыя.
«Карані» таксама сімвалізуюць павагу да старэйшых, поўнае глыбокай пашаны стаўленне да роднага краю, уменне стварыць утульнасць там, дзе, здавалася б, пануе хаос. Таму менавіта жанчына застаецца галоўнай захавальніцай тых «няпісаных законаў» дабрыні, міралюбівасці, працавітасці, якімі славіцца беларускі народ.
Але было б памылкай лічыць, што беларуская жанчына жыве толькі мінулым. Сёння яна выпроствае «крылы мары» так шырока, што гэта відаць далёка за рамкамі краіны. Сучасная Беларусь – гэта дзіўны прыклад таго, як жанчына навучылася сумяшчаць архетып захавальніцы з роляй лідэра і кіраўніка. Гісторыі поспеху сучасных беларускіх жанчын – гэта лепшы доказ гармоніі традыцый і амбіцый. Усе сферы грамадскага жыцця адзначаны плённай жаночай працай. Будзь то навука, ахова здароўя, юрыспрудэнцыя, адукацыя, тэлебачанне, аграпрамысловы комплекс, кіраўнічы апарат, сучасныя IT-тэхналогіі, спорт і нават касманаўтыка. Нашы жанчыны дасягаюць вышынь у любой галіне і дапамагаюць ім у гэтым іх «крылы» – імкненне да ведаў і інавацый, беражлівыя адносіны да зямлі, найвышэйшы прафесіяналізм, чуласць, любоў да сваёй справы. Іх дасягненні – гэта залаты фонд нацыі, які дорыць імкненне да новых перамог. Вось імёны толькі некаторых з іх: … Дар'я Домрачава, Наталля Качанава, Марына Васілеўская, Вікторыя Азаранка, Святлана Бароўская, Таццяна Бірыч.
Нараджэнне новага чалавека – ці гэта не самы вялікі цуд? Ці гэта не шчасце? Прырода ўзнагародзіла жанчыну неверагодным дарам. Зараджэнне новага жыцця, наступнае яго развіццё і ў рэшце рэшт з’яўленне чалавека – на гэта здольны толькі жаночы арганізм, які пры гэтым зведвае пакуты і прыносіць сябе ў ахвяру. Абясцэньванне гэтага дару ў сучасным свеце проста немагчыма: без яго чалавецтва зусім перастала б існаваць. І менавіта таму сапраўднымі міратворцамі на зямлі з’яўляюцца таксама жанчыны-маці, толькі імі можа быць створана галоўнае зямное дабро – мір.
Жанчына Беларусі – гэта непаўторны прыклад трываласці і накіраванасці ў балансе з пяшчотай і клапатлівасцю. Яе «сіла каранёў» – гэта не груз мінулага, а штохвілінная мысленная падтрымка, упэўненасць у сваіх сілах і заўтрашнім дні. Гэта і ёсць тое, без чаго не можа абысціся высокі палёт. Яе «крылы мары» – гэта не ўцёк ад рэальнасці, а дакладны рух наперад, які ўзбагачае гісторыю краіны новымі старонкамі перамог і дасягненняў.
Яна і ёсць тая самая гармонія, якая вядзе да росквіту любое грамадства, усяляе ў яго веру і дорыць мару аб новых здзяйсненнях. Пакуль побач з намі ёсць яна – мудрая, моцная, любячая і дзейная, – у Беларусі ёсць усе магчымасці рухацца наперад і ўпэўненасць у светлай будучыні. Менавіта ў ёй, захавальніцы ачагу і грамадзянцы сваёй краіны, заключаецца той самы вечны рухавік, які, не ламаючы традыцый, дасканала вядзе нас да новых гарызонтаў.
Аўтар: Лапа Кацярына
***
Няма на свеце прыгажэй жанчыны,
Чым тая, у якой агонь у вачах
І цеплыня ў расхінутых руках.
Знайсці радней яе ўсмешкі немагчыма.
Заўсёды побач, песціць, як дзіцяцю.
Яна – нябачны за спіной анёл,
Што цераз цемру светлыню правёў.
Яна і жонка, і дачка, і маці.
Жанчыны баццам прыгажосцю ззяюць,
Працуюць, мараць, сэрцам усім кахаюць,
Нібыта зоркі, што гараць у цішы.
Вы, беларускі, цуд неапісальны,
Прамень надзеі нацыі світальны,
Што пакідае след глыбокі ў душы.
ЕЎФРАСІННІ ПОЛАЦКАЙ
На полацкай зямлі пануе мір і згода,
Блішчаць ураніцы царкоўныя крыжы.
Вось тут мае гаючыя прасторы для душы,
Дзе родны дом і поўная свабода.
Дзякуй табе, заступніца краіны!
Твае малітвы – шчыт надзейны, сталы,
Каб дух быў моцны, позірк вытрывалы,
Ахоўвай нас у цяжкія хвіліны.
За нас маліся Богу, Еўфрасіння!
Тады Ісус пачуе звон тваёй святыні
І Беларусі ціхамірнасць зберажэ.
Ты шмат у жыцці зрабіла для народа,
І ўвесь твой труд – мацнейшая нагода
Нам памятаць, з кім кроў адна цячэ.
САЛАМЕІ РЭГІНЕ РУСЕЦКАЙ
У краі, дзе закон пісаў мужчына
І лёс жаночы цяжкі быў і сумны,
Яе адзначыў светлы лік разумны
І славілася ведамі дзяўчына.
Вільня з Варшавай, сцены, дахі,
Тады пачулі цвёрды крок жанчыны.
Яна вучылася не дзеля якіх чынаў –
Каб зберагчы ўсіх ад хворых жахаў.
Жанчына-ўрач у Рэчы Паспалітай
Выратавальніцаю стала знакамітай,
Жыццё сваё паклаўшы за людзей.
Яна ўвайшла ў гісторыю героем,
Які змагаўся з забабонамі і болем,
Зрабіўшы чалавечы лёс лягчэй.
ЦЁТЦЫ
Не толькі верш – жыццё ўсё, як запал,
Ўзняла яна над цемраю няволі.
Словам змагалася і з лямантамі болю,
І голас праўды час той не схаваў.
Яна ішла, дзе вецер слых разносіў
Пра беларускія і вольнасць, і багацце,
Вучыла: трэба лічыць шчасцем
Тое, што кожны ў гэты свет прыносіў.
У словах Алаізы шчырасць і адвага.
Ад беларусаў ёй – удзячнасць і павага,
Што вывела народ з палону цішыні.
Цётка была, як сцежка вузкая ў гаі,
І творы яе мову нашу падтрымалі,
Каб беларускай песні ўзняцца ў вышыні.
ВЕРЫ ХАРУЖАЙ
Не трэба ёй было ні славы, ні вянкоў.
Калі палаў Мінск у чорным дыме,
Яна змагалася за волю на Радзіме –
Без слоў пустых ішла супраць вятроў.
Яна, падлетак, не баялася вайны,
Хоць на яе шляху былі і кроў, і слёзы.
Нават у турме, дзе людзям не да прозы,
Свой цяжкі лёс уклала ў лісты.
Жыццё паклала партызанка за Радзіму,
Хаваючы сябе штодзень за псеўданімам –
Няма цаны ўсім баявым заслугам.
Прызналі пасмяротна гераіняй Веру,
Дзяўчыне помнік узвелі ў пінскім скверы –
Ушанаваць належнае яе натугам.
МАРЫНЕ ВАСІЛЕЎСКАЙ
Калі зямлю патрэбна ратаваць
І неба над галовамі заснулае,
Ты парываеш звыклае мінулае,
Каб беларускі сцяг у космасе ўзняць.
Твой мужны крок – нібы ў навуку дзверы.
Вялікі ўклад у гісторыю краіны.
Там, дзе губляюцца турботы і хвіліны,
Цябе не страшыла адсутнасць атмасферы.
Цяпер над намі промень твайго шляху,
Жаданне зменена на радасць і адвагу,
Як гарызонт, вядучы за ўзыход.
Ты – дачка неба, сімвал нашай веры,
Якая прагне вышыні без меры.
Твой подзвіг будзе памятаць народ.
Автор: Шпаковская Илария
Ни один человек в мире не сможет представить женщину, не ассоциировав ее с чистотой, нежностью, красотой и одновременно с терпением, колоссальной силой и твердостью. Сразу в сознании встает образ матери, бабушки, которые в детстве являлись примером лучших женщин в жизни, на которых дочерям невероятно хотелось походить, переняв самые привлекательные черты. Если обратиться к истокам, то все восхищающие в женщинах качества передавались нам из поколения в поколение вместе со сказками, легендами, сказаниями, вместе с историческими справками о величайших женщинах мира и просто с семейными историями. С каждым годом наши женщины цветут все ярче, все больше поражая своей красотой и стремлением к прекрасному. А что, если создать единый образ именно Белорусской женщины, ведь мы знаем, что существуют национальные особенности, особые качества, которые характерны определенной нации?
С незапамятных времен женщина в Беларуси была символом таких, казалось бы, несовместимых качеств, как сила и нежность, мудрость и безрассудство, гордость и трепетность. До сих пор внутри нас отзываются имена Ефрасиньи Полоцкой, Софьи Гольшанской, Боны Сфорцы, Эмилии Плятер, Веры Хоружей, Ларисы Гениюш, Алоизы Пашкевич и многих других, но я заострю внимание именно на перечисленных.
Ещё с пеленок дети знают, кто являлся духовным стержнем нашей нации и является по сей день. Внучка полоцкого князя, она отказалась от выгодного брака и приняла постриг. Основала монастыри и школы, открыла мастерские по переписке книг. По ее заказу мастер Лазарь Богша создал знаменитый крест – шедевр ювелирного искусства. Сегодня она считается небесной покровительницей Беларуси. Это Ефрасинья Полоцкая, которая не только олицетворяет дух нации, но и в целом показывает, что белорусская женщина имеет свои ценности, свои непоколебимые цели, свои принципы, ради которых она может пойти на многое. Она духовная заступница, та, к кому обращаются в минуты испытаний.
Белорусская женщина может не только быть мягкой и нежной, но и участвовать в управлении страны, как, например, Бона Сфорца. Будучи итальянской принцессой, женой великого князя литовского и короля польского Сигизмунда I, она провела важные экономические реформы (в том числе аграрную – «Устав на волоки»), которые затронули и белорусские земли. При ней активно развивались замки в Гродно и Несвиже. Она яркий пример энергичной и амбициозной женщины, которая не желала быть просто тенью мужа и активно включилась в управление страной, мечтая создать сильную династическую власть. Бона Сфорца проявила себя как мудрая правительница, заложившая основы экономического процветания, но вместе с тем она гордая, властная женщина, чье имя и в наше время овеяно легендами и тайнами.
Как правительница и дипломат проявила себя и Софья Гольшанская, которая происходила из древнего белорусского рода. Став женой польского короля и великого князя литовского Ягайло, она родила сыновей, обеспечив продолжение династии Ягеллонов, активно участвовала в политике и инициировала первый перевод Библии.
Наши женщины умеют прикрывать тыл, но, если это нужно, готовы сами пойти в атаку и встать на защиту своих детей, близких и своей страны. Таким примером является Эмилия Плятер – легендарная участница восстания 1830–1831 годов. Будучи аристократкой, она обрезала волосы, переоделась в мужской костюм и сформировала собственный отряд повстанцев. Сражалась храбро и получила звание капитана. Ее образ стал символом борьбы за свободу.
Еще одним примером сильной женщины является Вера Хоружая –революционерка, писательница, одна из руководителей подполья в оккупированном Витебске во время Великой Отечественной войны. В последующем была схвачена нацистами и после пыток казнена. Ей присвоено звание Героя Советского Союза.
Немаловажную роль женщины играют в сфере культуры и просвещения. Так, Алоиза Пашкевич (Тётка), поэтесса и издатель, стала первой среди женщин, начавших писать стихи на живом белорусском языке. Издавала сборники, которые тайно переправлялись в Беларусь, работала в газете «Наша Ніва», выступала за равноправие женщин.
Хотелось бы выделить также Ларису Гениюш. Будучи поэтэссой, она прошла через сталинские лагеря, написала в заключении стихи и автобиографическую прозу, которые стали пронзительным свидетельством трагедии XX века и символом несломленного духа.
Сейчас, в век высоких технологий, информационного взрыва, непредсказуемых событий, белорусские женщины умудряются сохранить свое первозданное «Я», женственность, красоту. При этом они могут наравне с мужчинами усердно работать, проявлять силу, мужество, стойкость, держать на своих плечах хозяйство и быт. Имея перед глазами такие исторические примеры, наши женщины не уступают им, а объединяют все их качества. Создается собирательный портрет белоруски: прекрасная богиня, держащая в одной руке белого голубя как символ чистоты, миролюбия, духовности, а в другой – меч, как символ мужества, справедливости, защиты. Ее волосы обрамляет жатвенный венок, сама она облачена в платье изумрудных и багряных цветов, окаймленное золотым орнаментом, что символизирует материнство, расцвет природы, жизненную силу, любовь, красоту и чистоту.
Всё перечисленное – лишь малая часть того, что нужно сказать о белорусских женщинах, восхищаться ими можно бесконечно долго. Да, женщина прекрасна на любом конце земли по-своему, но образ наших женщин неповторим.
Автор: Шпаковская Илария
Время – лучший писатель женской судьбы. Оно создаёт характеры, оттачивает мечты и раздвигает горизонты возможного. Белоруски за последние столетия прошли огромный путь – от скромной роли хранительницы очага до активного участия в строительстве государства, в науке, культуре и освоении космоса. Сквозь призму времени женский образ раскрывается как символ силы, мудрости и преемственности поколений. Эту закономерность можно проследить на примере жизненного пути Ольги Ильиничны Дубровщик, единственной в Республике Беларусь женщины-профессора в области общей хирургии. Глядя на эту женщину, трудно представить её в операционной. Утончённая, женственная улыбка, спокойный взгляд. Но первое впечатление обманчиво: именно эти руки, которые могли бы играть на фортепиано, сотни раз держали скальпель.
Ольга Ильинична родилась 27 марта 1944 года в деревне Великая Слива Слуцкого района Минской области в большой семье, в которой было девять детей. Мама Мария Ефимовна и папа Илья Павлович были неустанными тружениками и воспитывали детей собственным примером любви и уважения в отношениях и друг к другу, и к работе. Что умели сами, что знали – этому научили детей, передали свой жизненный опыт и крестьянскую мудрость. Особенно родители прививали желание учиться, достигать своих целей.
Медицинский путь Ольги Ильиничны закладывался ещё тогда, в далёком детстве, когда она, сидя на противоположном берегу речки, многие часы наблюдала за тем, что происходило в больнице. Ждала, когда выйдет кто-то в белом халате. И сердце замирало от осознания значимости того, что делают люди этой профессии. Для Ольги Ильиничны они были лучшими в мире, неоспоримыми авторитетами. Она видела, с каким уважением к врачам относятся односельчане, и мечтала стать такими, как они – её кумиры.
Отсюда начался отсчёт. Ольга Ильинична мечтала поступить в медицинский институт, но, к сожалению, прямого пути не было дано – родители не могли обеспечить обучение целых 6 лет, поскольку старшие дети на тот момент уже учились в высших учебных заведениях, и попросту на её обучение в университете не хватило бы средств. Но Ольгу Ильиничну это не остановило, она поступила в медицинское училище, закончила его с отличием и получила возможность поступать в медицинский институт. Выбор пал на Гродненский медицинский институт. Ольга Ильинична уже подала документы, но в связи с тем, что общежитие предоставляли только на третьем курсе, а на съёмное жилье не было денег, она пошла работать медсестрой в детское хирургическое отделение 1-ой городской больницы. Всего за год Ольга Ильинична успешно прошла путь от процедурной до операционной медицинской сестры, и, можно сказать, собственно тогда её выбрала хирургия. Впоследствии она вновь подала документы в медицинский институт, поступила, училась и одновременно работала. Закончила вуз с отличием, накопив колоссальный опыт работы с маститыми хирургами, в частности, со своим учителем – профессором Макшановым Иваном Яковлевичем, которому Ольга Ильинична благодарна по сей день. Именно под его руководством и благодаря его наставлениям и требовательности она защитила кандидатскую, затем докторскую диссертации и стала первой в Беларуси женщиной-профессором кафедры общей хирургии. Она выполняла все виды полостных операций, включая ушивание ран сердца. Ольга Ильинична и сегодня практикующий хирург, профессор кафедры общей хирургии Гродненского государственного медицинского университета. Она с удовольствием передаёт свои знания и опыт студентам и начинающим хирургам, консультирует пациентов и постоянно учится новому.
Женщина в Беларуси – это хранительница духовных ценностей и нравственная опора. Однако для Ольги Ильиничны Дубровщик этого оказалось мало. Она стала действующим ориентиром в мире общей хирургии – сфере, требующей напряженного труда, полной самоотдачи. Совмещение ночных дежурств, воспитания детей, написания диссертаций… Ольга Ильинична утверждает, что в хирургической среде мужчины и женщины равные. И оценивается эта «равность» в умении выполнять все задачи, приемы и методы оперативного пособия, которые применяются при данной патологии у конкретно взятого пациента на таком уровне, чтобы все было объективно, по показаниям и, естественно, помогало пациенту. И мужчина, и женщина стремятся выполнять все, как нужно, не допускать ошибок и оплошностей. Чтобы быть женщиной-хирургом, не нужно быть на «две головы» выше мужчин, нужно быть умелой, знающей, интеллигентной, воспитанной. Самое главное – это стремление быть лучше, стремление к совершенствованию своих знаний, умений, к повышению эффективности в помощи пациентам, в спасении их жизни. У женщин, избравших медицину как свою профессию, должно быть стремление к тому, чтобы слушать и слышать своих пациентов.
Профессор Дубровщик Ольга Ильинична – это мост между поколениями первых. Как Соломея Русецкая (первая женщина-врач) и Софья Ковалевская (первый профессор математики), она доказала, что в науке и медицине «слабый пол» может быть первым. В отличие от теоретиков, её оружием была практика. Она возглавляла научную школу по снижению операционных рисков, написала более 500 научных трудов. За этим вкладом в науку стоит спасение конкретных жизней. Сегодня имя Ольги Дубровщик стоит в одном ряду с именами Евфросинии Полоцкой и первой женщины-космонавта суверенной Беларуси Марины Василевской.
Есть в образе Ольги Ильиничны одна черта, делающая её особенно близкой современникам, – это отсутствие пафоса. Она рассказывает, как плакала от счастья, когда пациент пришёл в себя после сложнейшей операции, и не замечала этих слез. Она вспоминает, как пожилой пациент удивлялся: «Неужели это ты, девочка, меня оперировала?». Как пациенты, которых она оперировала когда-то давно, снова попали в её руки и помнят о ней, благодарят. В этих эпизодах вся правда о белорусской женщине: она не стремится доминировать, она приходит на помощь. Став профессором, Ольга Ильинична продолжает курировать отделение, проводить обходы и передавать опыт молодым, учить студентов, читать лекции.
Ольга Ильинична Дубровщик – не просто хирург. Она – символ настойчивости. Её жизнь – наглядная иллюстрация того, что национальный образ женщины складывается не из громких лозунгов, а из ежедневного подвига. Её история – это не призыв к борьбе полов, а гимн профессионализму, трудолюбию и любви к людям. Это ежедневный подвиг служения, учёбы, воспитания детей (её дочь тоже готовится стать доктором наук) и умения оставаться человеком там, где могут сдавать нервы, – за операционным столом.
Для меня она символ того, что, если ты делаешь дело с душой, – неважно, мужчина ты или женщина, – вершины покорятся.
Аўтар: Дубатоўка Валянцін
У цёмнай келлі – цішыня,
А за сцяною – Полацк родны.
Яна стараецца штодня
Для беларускага народа.
Агенчык свечкі на стале
На аркушы заскача ценем.
А з ім сыходзяць усё далей
Начныя згадкі-летуценні.
Вось ён – дзядуля Ўсяслаў,
А вось Георгій, любы тата.
Сям’я вядомаю была,
Высакароднай і багатай.
Прадславу мілую сваю,
Усе любілі, шанавалі
Ды раз у княскую сям’ю
Сваты здалёку завіталі.
У юныя гады свае
Была прыгожаю Прадслава,
Але не вабілі яе
Замужжа і зямная слава.
Навошта нежаданы шлюб?
Хай лепш манаскае адзенне.
Пакінуўшы сваю сям’ю,
Абрала келлю і маленне.
Сустрэў дзяўчыну манастыр
І позірк святара старэчы.
Чытала “Біблію”, “Псалтыр”,
І часта думала аб вечным.
І не Прадслава ўжо даўно,
А Еўфрасінняю завецца.
У келлі хораша адной,
Спакойна на душы і ў сэрцы.
І перапіс царкоўных кніг
Тут стаў яе наканаваннем,
Старанна так пісала іх
Ад раніцы і да змяркання.
І летапіс яшчэ вяла,
Дзе ўсе падзеі пазначала.
І цэрквы будаваць магла,
І жабракам дапамагала.
А Богша, майстар усім майстрам,
Зрабіў сапраўдную святыню.
І сёння кнігі кажуць нам
Пра крыж каштоўны Еўфрасінні.
Эх, не знайсці яго нідзе,
Бо знік вайной той крыж вядомы.
Ды веру я: настане дзень –
Святыня вернецца дадому.
А Еўфрасіння? Дзе яна?
Яна жыве заўсёды з намі,
У гучных полацкіх званах,
У нашай памяці, у храме.
Автор: Савощеня Дарья
Вялікія кроплі дажджу ўсё часцей і часцей падалі на зямлю, і хутка пачаўся гучны летні лівень. Промні сонца сачыліся скрозь водную сцяну, што стварала сапраўды ўтульную атмасферу ў маленькім пакоі старой вясковай хаты. Марта сядзела ў сваім ложку, а думкі яе былі далёка за межамі рэальнасці. Часы ў шафе білі так гучна, што, здавалася, хочуць вярнуць дзяўчыну ў гэты пакойчык і ніколі не выпускаць на волю, у вялікія і цікавыя мары.
Увесь дзень сёння бацька прарабіў ў сваёй кузні, разважаючы, што няма добрага памочніка, якога можна было б навучыць гэтаму рамяству, як надыдзе час перадаць справу, а матуля пачала ўсур’ёз задумвацца пра тое, каб знайсці для дачкі годнага жаніха. З аднаго боку, сапраўды так і патрэбна, час шлюбу паступова надыходзіць, але ж у свеце ёсць куды больш цікавыя і карысныя мэты, чым проста ўдалае замужжа і багаты быт. Чым даўжэй Марта думала пра гэта, тым больш пустымі здаваліся ёй перажыванні наконт свайго лёсу. Прыпомніла яна, як у дзяцінстве падглядала за адной павітухай, якая словам ды травою магла такія цуды тварыць, што здавалася: вось яно, тое, да чаго трэба імкнуцца, каб сапраўды стаць карысным чалавекам спачатку для сваёй вёскі, а потым, можа, і для цэлай краіны. Але пазней у іх Веляцічы прыехаў малады доктар, і Марта зразумела, што трэба пашыраць свой кругагляд. Аднойчы бацька вывіхнуў плячо ў кузніцы, і маці вырашыла пазваць доктара ў хату, бо тата адмаўляўся сам да яго ісці. І чаго людзі так баяцца медыкаў? Хутка ўрач прыйшоў, паглядзеў тату, запытаўся пра тое, як ён сябе адчувае, як атрымаў вывіх, ці даўно працуе ў кузні… Пытанне за пытаннем, і ўжо раз – і нечакана вярнуў плячо на сваё месца. Марта назірала за ўсім гэтым працэсам і проста дзіву давалася. Бацька спачатку так закрычаў ад болю, што, здавалася, сцены трасліся, а потым яму раптам стала лягчэй. Ён быў так ўдзячны доктару, што даў яму з сабою добры і смачны кусок сала і кошык агуркоў. Марту вельмі ўразіла, што можна выратаваць чалавека пры дапамозе толькі сваіх рук, і дзяўчына-падлетак вырашыла вучыцца гэтай справе.
Спачатку яна лячыла птушанят, мышэй, якіх ганялі кошкі, прыдумвала розная прылады, напрыклад, маленькія шыны для зламаных лапак. Маці паглядала на гэта і лічыла за добрую дзіцячую гульню, але не больш. Потым, калі Марта вырасла і надышоў час вучыцца ў старэйшых класах, сям’я перабралася ў горад. У вёсцы засталіся бабуля з дзядуляй, а мама, тата і Марта толькі прыязджалі да іх падчас працоўнага адпачынку ці, як зараз, на выхадныя. Там, у новай школе, Марта пачала паглыбляцца у біялогію і хімію, і яе цікавасць да медыцыны расла ўсё больш. Але спачатку цяжка было вучыць усё на рускай мове, і ўвогуле, граматна гаварыць. Таму, каб не адставаць ад другіх вучняў, дзяўчына многа чытала і навуковую, і мастацкую літаратуру і з кожным днём імкнулася пашыраць свае веды. Яе вельмі ўражвалі незвычайныя факты пра анатомію чалавека, пра хуткую дамамогу ў надзвычайных сітуацыях, усё ў падручніках апісвалася не так, як у рабілі ў роднай вёсцы. Дзесьці ў глыбіні сваіх думак і душы Марта упэўнена выбрала накірунак свайго лёсу, але штосьці яе спыняла. Можа, гэта была боязь адказнасці за чужое жыццё? Ці, шчыра кажучы, яна проста не была ўпэўнена ў сваіх здольнасцях? Так за думкамі хутка і праляцеў час, вось ужо і маці кліча на вячэру. Зноў ўся сям’я сядзе за адным сталом роднай хаты. Але пасля, няхай і нядоўгага, жыцця ў горадзе Марце здавалася, што нічога больш тут яе не затрымлівае. Яна ўжо ведае, што там, усяго за 30 кіламетраў, кіпіць зусім іншы рытм бытнасці, там самы сапраўдны прагрэс, які сюды дойдзе яшчэ не скора. А можа, яе мэта і павінна заключацца ў тым, каб пашырыць дасведчанасць аб тых жа новых спосабах лячэння розных хвароб сярод аднавяскоўцаў?
Калі ўжо шмат розных падручнікаў было прачытана, Марта вырашыла, што трэба неяк дзейнічаць у тым, пра што чытаеш, таму пачала вучобу на курсах медыцынских сясцёр ад Чырвонага Крыжа. Але нягледзячы на гэта, усё яшчэ нешта перашкаджала ёй прыняць канчатковае рашэнне аб паступленні ў інстытут. З аднаго боку ўласныя страхі, з другога – бацькі, якія жадалі для адзінай дачкі ўсяго найлепшага, і, перш за ўсё, удалага замужжа, ад якога трэба было б адказвацца на доўгі час. Тым не менш, Марта ўжо зрабіла вялікі крок да сваёй мары. У рамках гэтых курсаў групу дзяўчыны вазілі на экскурсію ў анатамічны музей. Нічога яшчэ так яе не ўражвала, як гэтыя чалавечыя астанкі. На іх можна было разглядзець усе нервы, сасуды, органы... Як жа незвычайна і цікава! І гэта мы, простыя людзі, а ўнутры склад маем такі няўяўны. Марта, адзіная з дзяўчат, дабыла да канца экскурсіі, астатнія не вытрымалі гэтага выгляду і паху. Вось так дзяўчына канчаткова і вырашыла для сябе, што звяжа жыццё з медыцынай.
На наступны год Марта здолела стаць студэнткай Мінскага дзяржаўнага медыцынскага інстытута. І адразу амаль не пашкадавала аб гэтым рашэнні. На пачатку здавалася, што ў яе проста не хопіць сіл нават прачытаць усе гэтыя тэмы па анатоміі, не кажучы ўжо пра тое, што матэрыял трэба было вучыць амаль на памяць. З другога боку, лацінская мова і ў дадатак усё яшчэ цяжкасці з рускай мовай: з-за вясковага дыялекту сталічныя студэнты ставіліся да яе несур'ёзна, лічылі, што дзяўчына вось-вось і не вытрымае: аб’ём матэрыялу, недахоп грошай і ўмовы інтэрната… Таму ў Марты і не было сапраўдных сяброў сярод аднакурснікаў, бо яна проста нікому з іх не магла давяраць.
Мінулі два гады. Сярэдзіна кастрычніка. Шэрае, хмурае неба вісела нізка-нізка, і дождж барабаніў па даху так, як быццам бы нехта перабірае сухі гарох. Марта сядзела на падваконніку, падабраўшы ногі, і чытала падручнік па тапаграфічнай анатоміі і аператыўнай хірургіі. Яна вучыла і адначасова варушыла пальцамі левай рукі па правай, паўтараючы размяшчэнне нерваў перадплечча. Марта рыхтавалася да вельмі важнай падзеі – яна першы раз паспрабуе прэпараваць. Як ні здавалася немагчыма, тэорыю яна здолела здаць выдатна і атрымала дазвол ад выкладчыка прыступіць да практыкі. Калі надышоў час ўзяць у рукі скальпель, Марта спачатку засумнявалася, але ўнутры была нейкая ўпэўненасць у тым, што яна ясна ведае, як гэта рабіць. Таму дзяўчына нават без дрыжы аддзяляла нервы на прэпараце і так акуратна і чыста, што вельмі ўразіла і выкладчыка, і іншых студэнтаў.
– Былі б вы хлопцам, я б зараз жа ўзяў вас у асістэнты, Марта Васільеўна, – з гонарам прамовіў выкладчык, які сам працаваў нейрахірургам у бальніцы хуткай дапамогі.
– Чым я горш за хлопцаў? – трохі пакрыўджана, але цвёрда запыталася Марта.
– Не ў тым справа. Горшая ці не, але ўвогуле жанчына не здольная стаяць па шесць гадзін у аперацыйнай. І вытрымка павінна быць. А вы, дзяўчынкі, з-за такога глупства расплакацца можаце, ну куды вам хірургія. Тым больш нейрахірургія.
– Не ўсе дзяўчыны і жанчыны аднолькавыя.
Выкладчык нічога не прамовіў, але па ўсяму застаўся пры сваім меркаванні. Марце цяжка было мірыцца з гэтай несправядлівасцю. На парах яна ўвесь час імкнулася даказаць, што можа. Можа і павінна быць у аперацыйнай. Нарэшце выкладчык-нейрахірург ўзяў яе на абход ў аддзяленне. Падчас агляду пацыентаў ён задаваў сваёй вучаніцы пытанні, прасіў самой правесці збор анамнезу і некаторыя дыягнастычныя прыёмы. І пераканаўся, што дзяўчына сапраўды валодае глыбокімі ведамі, дастатковымі для таго, каб панесці адказнасць асістэнта. Менавіта там, у нейрахірургічным аддзяленні, Марта ўпершыню ўбачыла, што такое мозг без дапамогі. Проста чалавек з патухлым позіркам, які не памятае імя жонкі і нават сваё ўласнае, або старая жанчына, якая гаворыць, а словы выходзяць пераблытанымі, і хто яе ўжо не зразумее... Урач тлумачыў многія сімптомы, называў іх лацінскімі тэрмінамі, але Марта глядзела не на хваробу – на чалавека. На чалавека, які паступова знікаў з кожнай хвілінай затрымкі. Урэшце яны ў аперацыйнай. Марта ўпершыню сама выконвала хірургічнае мыццё рук. А потым...
Першая трэпанацыя прайшла як у тумане. Марта стаяла насупраць хірурга, выконвала ўсе яго загады і бачыла аголеную цвёрдую мазгавую абалонку – шаравата-ружовую, якая дрыжыць ў такт пульса. Прычына хірургічнага ўмяшання – новаўтварэнне галаўнога мозгу, і ўрач паспяхова яго выразаў. Марта выйшла з аперацыйнай і проста села на падлогу – яна была вельмі ўражаная, але і стомленая і ад сапраўды доўгага стаяння, і ад перажытых эмоцый. Так яна цвёрда вырашыла стаць нейрахірургам.
Апошні навучальны год праляцеў імкліва. Марта здавала дзяржаўныя экзамены, пісала дыпломную працу пра унутрычарапныя гематомы і амаль не адпачывала. Па начах яна сядзела ў бібліятэцы, абклаўшыся рознымі кнігамі і часопісамі, нават на замежнай мове. Так яна вывучала многа новых аперацыйных тэхнік, напрыклад, выкарыстоўванне аптычнага павелічэння пры аперацыях на нервах. Для Савецкага Саюза ў тыя часы гэта сапраўды было ў навіну.
У маі трыццаць дзевятага года быў выпускны вечар. Упершыню ў гэты дзень Марта надзела новую прыгожую белую сукенку, як бы паказваючы, што вось яно, сапраўднае свята – яна атрымала вышэйшую адукацыю. Звычайная дзяўчына стала ўрачом-хірурігам, наперакор сваім сумненням і папярэджванням іншых. На вечары ўсе аднагрупнікі адчулі вялікую радасць адзін за аднаго, нават Марту, якая ўвесь час вучобы імкнулася трымацца ўбаку ад усіх, яны шчыра віншавалі з яе дасягненнем. Нечакана да Марты падышоў яе аднакурснік Міхаіл, з якім яна раней і не была знаёмая. Вясёлы і гучны, ён паклікаў яе танцаваць, і тая пагадзілася.
Ноч была вельмі цёплая, а ў паветры стаяў выразны пах бэзу і кветак яблыні. Сонейка няспешна садзілася за аблокамі.
– Цікавая ты, Марта. Упэўнены, ты будзеш найлепшай у сваёй справе. Але ж, кажуць, вайна будзе, – нечакана перавёў размову Міша.
– Думай пра лепшае, – адказала Марта, але сама не верыла ў свае словы.
– Ты куды размеркавалася?
– У Мінск. Бальніца хуткай дапамогі.
– А я ў Брэст. Ваенным урачом буду. Але з другога боку, калі што, усе мы там будзем. Можа калі-нікалі і разам аперыраваць будзем.
... Міша амаль прадказаў іх лёс. Сапраўды яны сустрэліся на вайне, праз тры гады з таго вечара, у партызанскім атрадзе. Але, на жаль, Міша быў яе пацыентам, а не калегай – яго знайшлі ў лесе з прабітай галавой. Зараз яна гэтага яшчэ не ведае – сёння ёй дваццаць тры гады, яна поўная жыцця і светлых мараў. Праз два гады пачнецца выпрабаванне, якое зробіць яе ваенным урачом, партызанскім хірургам і сапраўдным гонарам сваёй краіны.
***
Прататыпам Марты ў апавяданні з’яўляецца Марфа Паўлавец – доктар медыцынскіх навук, беларускі нейрахірург, заслужаны ўрач БССР. Прымала ўдзел у Вялікай Айчыннай вайне і партызанскім руху ў Беларусі. З 1948 года працавала нейрахірургам ў Беларускім НДІ неўралогіі, нейрахірургіі і фізіятэрапіі, а з 1962 года – выкладчыкам Беларускай медыцынскай акадэміі паслядыпломнай адукацыі. У 1992–1999 гадах працавала ў Рэспубліканскім дыягнастычным цэнтры г. Мінска.
Автор: Сильванович Виктория
С рождения нами движет тайное стремление познать неведомый, загадочный мир. Каждый день мы, сами того не замечая, открываем для себя что-то новое. А как часто мы задумываемся о том, что позволяет нам совершать эти открытия? Как часто мы благодарим небеса за возможность видеть, ощущать, быть частью этого удивительного, необыкновенного мира? Именно поэтому так важно порой остановиться, задуматься, оценить с благодарностью всё, что имеем... Ведь даже обыденные и привычные для нас вещи могут быть самой заветной, недосягаемой мечтой для других. Проснувшись, открыть глаза, прищуриться, глядя на ослепительное солнце, видеть рядом с собой своих родных и близких. Такие простые обыденные действия… И, к сожалению, доступные не всем. За одно мгновение увидеть этот мир незрячие люди отдали бы всё на свете… Но свет так и не приходит… И всё, что остаётся, – верить, ждать и надеяться… надеяться на чудо… на звёздное сияние талантливых, выдающихся докторов. И замечательно, что в истории нашей родной страны были и есть такие врачи.
Мне хотелось бы обратить внимание на сияющую и, несомненно, выделяющуюся на общем небосклоне звезду Татьяны Васильевны Бирич. Герой Социалистического Труда, член-корреспондент Академии наук БССР, профессор, доктор медицинских наук, обладатель ордена Трудового Красного Знамени, Почетный гражданин Минска, заслуженный деятель науки и заслуженный врач БССР, она посвятила свою жизнь возвращению зрения тысячам людей, оставляя после себя не только научные труды, но и бесценный опыт, ставший фундаментом для будущих поколений врачей.
Но рассказать я бы хотела вовсе не о титулах, а о том, что стоит за ними. За оправой строгих очков я вижу слегка прищуренные глаза, толстая тугая коса аккуратно огибает голову, воротник белого халата, плотно сжатые губы, уголки которых приподняты, точно вот-вот расплывутся в улыбке. Я вижу серьёзную, умную, рассудительную женщину, стремящуюся и способную дойти до самой сути, своей скрупулёзностью и сосредоточенностью добиться совершенства в деле. За всей серьёзностью и неприступностью легко просматривается добрый, чуткий человек, готовый жертвовать ради других.
Звание Героя Социалистического Труда, присужденное ей, – закономерное и справедливое признание её выдающихся заслуг перед обществом. Это награда, которая объединила в себе высочайшую оценку её профессионализма, неустанного труда и безграничной любви к людям.
Татьяна Бирич родилась 10 января 1905 г. в деревне Лошница Борисовского уезда. В то непростое время, когда хрупкий мир начал рушиться и вся страна замерла в ожидании вскоре нагрянувшего хаоса… Бывший крестьянин, отец Татьяны Васильевны, получил профессию педагога. Наверное, любовь к учёбе у девочки была привита ещё с детства, и пример отца подкреплял тягу к знаниям. После школы будущая звезда белорусской офтальмологии решает последовать его примеру и становится сельской учительницей.
Однако тяжёлые времена дали о себе знать: молодому советскому государству остро нужны были квалифицированные работники. Поэтому по направлению ЦК комсомола в 1921 году Татьяна поступает на медицинский факультет первого в БССР медицинского университета.
Там она раскрывает свои способности, активно занимается науками. Её неустанный, кропотливый труд приносит плоды, она становится аспирантом Академии наук БССР, работает над диссертацией в Московском медицинском институте. Профессор Д. Каминский стал её первым учителем в офтальмологии, смог не только дать фундаментальные знания, которые непременно пригодятся в будущем, но и привить огромную любовь к этой науке, что не менее важно, чем сама теоретическая база. Ведь только через любовь к делу можно добиться успеха. Защитив кандидатскую диссертацию в Москве в 1937 году, она начала работать доцентом кафедры глазных болезней Минского мединститута, своей альма-матер, передавая опыт будущим врачам.
В это время Татьяна Васильевна получает творческую командировку в знаменитую клинику академика В.П. Филатова в Одессе. Там осваивает инновационные методы лечения глазных заболеваний, трансплантации роговицы, впервые в медицинской практике в качестве трансплантата использовала слизистую губы. Вернувшись в Минск, она внедрила эти инновационные методы на Родине.
Переломным моментом для талантливого, молодого, подающего большие надежды врача стала Великая Отечественная война, которая застала ее в 1-й Советской больнице (ныне 3-я городская клиническая больница им. Е.В. Клумова). Татьяне Васильевне пришлось возглавить эвакуацию раненых и персонала.
В это тяжёлое для всей страны время Татьяна Васильевна Бирич проявила крепость и непоколебимость духа, лучшие качества и как организатор эвакуации раненных в тыл, и как военный врач, и как заведующий кафедрой глазных болезней Саратовского медицинского института и одновременно консультант эвакуационных госпиталей в Саратове.
Правду говорят, что именно в военное время, в условиях постоянной напряжённости, страха, ужаса происходящего, человек показывает своё истинное лицо. Можно с уверенностью сказать, что Татьяна Васильевна – пример человека с высокими моральными ориентирами, проявляющего милосердие, самоотверженность, готовность помочь, а главное – человечность.
После войны Татьяна Бирич 40 лет возглавляла кафедру офтальмологии Минского медицинского института. Она стала первой женщиной-профессором Беларуси, защитила докторскую диссертацию на тему оксигенотерапии в офтальмологии и стала доктором наук. Её стараниями в стране внедрялись передовые методы криохирургии и лечения глаукомы, а по всей территории БССР появилась сеть специализированных офтальмологических медицинских учреждений. Также для Татьяны Васильевны было важно, чтобы квалифицированную медицинскую помощь можно было получить не только в городах, но и на селе, и ей это удалось осуществить. Ее научные труды, посвященные глазным болезням, ранней диагностике и хирургии, насчитывают около 250 публикаций, включая монографии.
В своей медицинской практике Татьяна Васильевна не боялась вызовов, успешно осваивала и внедряла многие сложные операции, разрабатывала план лечения таких заболеваний, как глаукома, катаракта, ретинопатия. Она видела в каждом пациенте не просто клинический случай, а, что более важно, человека. Благодаря научному труду Татьяны Бирич, ее ежедневному самосовершенствованию, постоянному повышению врачебной квалификации, безграничной преданности профессии и стремлению помогать людям тысячи людей сумели спасти зрение.
Татьяны Васильевны не стало в 1993 году. Сегодня ее имя носят улицы, а мемориальные доски увековечивают ее достижения в Минске, в том числе, родном университете, и Лошнице. Но это лишь вещественные показатели её достижений. Настоящее «живое» наследие она оставила в своих учениках, которые успешно продолжают её дело, применяя полученные знания и опыт для помощи новым поколениям пациентов. Память о ней хранится в сердцах тысяч пациентов, кто уже смирился с темнотой и вновь обрел возможность видеть мир – радоваться солнцу, улыбкам близких, красоте природы.
Судьба Татьяны Васильевны – это история о женщине, которая вернула свет в жизни тысяч людей и стала одной из самых значимых фигур в истории белорусской медицины. Это пример беззаветного служения науке и человеку, пример того, как одна жизнь, наполненная смыслом и трудом, может осветить мириады других жизней.
Почему я решила остановиться именно на образе Татьяны Васильевны Бирич? Ведь в истории нашей родной страны было и есть много примеров сильных, волевых, добившихся успехов, прославивших нашу землю прекрасных женщин, внёсших свой вклад в развитие науки, просветительства, литературы, спорта, театра и кино, государственности и даже космонавтики. Всё просто, личный пример Татьяны Васильевны мне очень близок. Я студентка 1 курса специальности «Лечебное дело» Гродненского государственного медицинского университета. И уже сейчас, будучи только на пороге своей будущей профессии, мне очень хочется следовать своим внутренним идеалам, жизненным ориентирам, принципам милосердия, сострадания и помощи людям, в чём очень помогает жизненный путь таких героинь, как Татьяна Бирич, отражающий все лучшие человеческие качества и стремления.
Объявление 2026-ого года Президентом страны Александром Григорьевичем Лукашенко Годом белорусской женщины мне кажется очень правильным и символичным. Ведь это уникальная в своём роде возможность – напомнить всему миру о наших талантливых, преуспевших, амбициозных, волевых женщинах, добившихся высот во многих сферах общества. Несправедливо было бы забыть о подвиге этих женщин, о вкладе, внесенным ими в развитие нашей страны.
Татьяна Васильевна Бирич, сделавшая так много для нашей страны, вернувшая зрение, а возможно, и смысл жизни тысячам людей, должна быть известна молодому поколению. Жизнь человека, дарующего свет окружающим, не может быть забыта… Мы должны помнить, должны видеть, должны освещать путь другим… Мы должны быть достойными продолжателями лучших традиций наших предшественников. Да будет свет!